ДЕЛОВОЙ - главная     Авторам и читателям    научная книга "Деньги"    Контакты
научные статьи:   анализ конфликтов на Украине и в Сирии по теории гражданских войн    демократия и принципы Конституции в условиях перемен    три суперцивилизации    государственные идеологии России, Украины, ЕС и США    три глобализации: по-английски, по-американски и по-китайски   
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Но граф Кэтуолл, скорее всего, погиб, а сэр Майкл ждал их в Нормандии… Это означало, что теперь сэр Джордж Винкастер сделался предводителем и старшим командиром всех собравшихся здесь воинов.
Они торопливо расступались, давая ему дорогу. Некоторые воины даже прикасались к нему, то ли чтобы подбодрить его, то ли в надежде позаимствовать у него толику уверенности и отваги, столь необходимых им перед лицом диковинных созданий.
Сэр Ричард Мэйнтон стоял впереди толпы. Он резко повернул голову к сэру Джорджу, когда тот подошел. Учитывая потери в командном составе, сэр Ричард был следующим после сэра Джорджа по старшинству, и это было плохо, потому что барон знал его куда меньше, чем ему хотелось бы. С другой стороны, он не слышал ничего дурного о сэре Ричарде. Во всяком случае, он прочитал в глазах сэра Ричарда облегчение, когда тот обнаружил подле себя старшего командира.
— Слава богу! — искренне произнес рыцарь. — Я боялся, что и вы, милорд, погибли!
— Я тоже несколько раз думал, что погиб, — невесело усмехнулся сэр Джордж. — Да и сейчас не вполне уверен, что мы не попали в чистилище.
Несколько человек принужденно рассмеялись его неуклюжей шутке, и барон подумал, что дело и в самом деле плохо.
— Похоже на то, милорд, — кивнул сэр Ричард. — Глядя на эти хари, я…
Рыцарь захлопнул рот, едва не щелкнув зубами, в толпе людей послышались сдавленные крики и восклицания. Свет сделался ярче, в стене, а точнее, в переборке волшебного летающего судна открылся проход, и в проеме, возникшем на месте отъехавшей в сторону панели, появилась еще одна чудовищная фигура.
Если бородавочники и драконолюди казались барону просто чужими, то эта тварь была совершенно потрясающей, хотя на первый взгляд выглядела скорее смешной, чем угрожающей. Она была в такой же ярко-красной одежде, что и драконолюди, только без голубых рукавов и штанин, со сверкающей подвеской на груди. Тварь была низкорослой, голова ее едва достигала груди сэра Джорджа, а открытую часть лица и шеи покрывала мягкая лиловая шерсть. Как и прочие обитатели этого места, она передвигалась на двух ногах и имела две руки. На руках у нее имелось всего по четыре пальца, причем четвертый — мизинец — отстоял в сторону, подобно большому пальцу. Удивительнее всего было странное лицо появившегося в проеме существа, отдаленно напомнившее сэру Джорджу маску шута. Широкое и плоское, с двумя растянутыми беззубыми ртами, расположенными один над другим, оно не имело даже намека на нос, зато на нем располагались три черных глаза. Один, самый крупный, без радужки, находился в верхней части лица, а два поменьше — там же, где и у людей. Завершающим штрихом являлись два огромных лисьих уха, украшавших приплюснутую голову и тоже покрытых короткой лиловой шерстью.
Внешность этого удивительного существа потрясла сэра Джорджа значительно сильнее, чем вид бородавочников или драконолюдей. От них, по крайней мере, исходило ощущение настороженности, даже угрозы, которое он мог понять. Но эта тварь!.. Она могла быть как демоном, так и придворным шутом, и, глядя на нее, он не знал, креститься ему или смеяться.
— Кто предводитель этой группы?
Голос был тихим, даже нежным, с детской писклявостью. Существо говорило на прекрасном английском, и голос, казалось, исходил из верхнего рта этого демонического шута, хотя движения безгубого рта не вполне совпадали с испускаемыми им звуками. Услышав этот писклявый голос, сэр Джордж подавил в себе желание улыбнуться, решив, что на демона это существо явно не тянет. А мгновением позже ему расхотелось улыбаться, ибо он понял, что в интонациях говорившего не было даже намека на чувства. Таким же застывшим и бесчувственным оставалось и лицо чужака. Это полное бесчувствие было поистине необъяснимым и зловещим, и сэр Джордж с содроганием подумал, что впервые за всю свою жизнь не смог уловить настроения, характера или мысли говорящего с ним существа.
— Я предводитель, — прервал он затянувшееся молчание.
— Кто вы? — спросил писклявый голос.
— Я сэр Джордж Винкастер, барон Уикворт. Состою на службе его величества Эдуарда Третьего, короля Англии, Шотландии, Уэльса и Франции. — В его голосе прозвучала неподдельная гордость, и сэр Джордж ощутил, как люди за спиной одобрительно зашевелились и начали расправлять плечи.
— Вы ошибаетесь, сэр Джордж Винкастер, — пропищал бесчувственный голос. — Вы более не состоите на службе у какого-либо человека. Теперь вы служите моей гильдии.
Сэр Джордж изумленно уставился на маленькую тварь, и толпа у него за спиной загудела. Он открыл было рот для ответа, но демонический шут продолжал:
— Без вмешательства моей команды вы все бы погибли. Мы спасли вас, и, значит, вы являетесь нашей собственностью, с которой мы можем поступать по своему усмотрению.
За спиной сэра Джорджа послышалось глухое рычание, в котором было больше гнева, чем страха, но демонический шут не обратил на это никакого внимания.
— Таким примитивным существам, как вы, понадобится некоторое время, чтобы свыкнуться со своим новым положением, — продолжал бесстрастный голос. — Однако с вашей стороны будет разумно примириться с этим настолько быстро, насколько позволяет ваше дикарское мышление.
— Привыкнуть?.. — начал было кто-то, но сэр Джордж поднял руку, и ропот за его спиной стих.
— Мы англичане, сэр, — сдержанно сказал он. — А англичане не являются ничьей собственностью.
— Неразумно не соглашаться со мной, сэр Джордж Винкастер, — ответил демонический шут все так же бесстрастно. — Вы и ваши друзья могут стать ценным достоянием для моей гильдии как группа. Но ни один из вас по отдельности не представляет для нее ни малейшего интереса.
Сэр Джордж стиснул зубы — он не привык к такому обращению. Тем более оскорбительно было слышать подобное от недомерка, которого он мог пришибить одной левой. Однако он проглотил оскорбление. Бородавочники и драконолюди, стоящие за спиной демонического шута, были грозной силой. К тому же барон ни на миг не забывал, что от его умения держать себя в руках зависит жизнь множества людей.
— Разумно или неразумно, — сказал он после долгой паузы, — но этими людьми командую я. Поэтому от их лица считаю своим долгом поблагодарить вас за спасение…
— Мне не нужна ваша благодарность. Я и моя гильдия нуждаемся лишь в вашем повиновении, — перебил его демонический шут. — Мы требуем от вас службы, которая не покажется вам ни трудной, ни отвратительной, поскольку это единственное, чему вы обучены и на что способны.
Сэр Джордж в ярости бросил руку на рукоять меча, но демонический шут не заметил этого движения или намеренно игнорировал гнев барона, желая тем самым показать, что не считает меч серьезным оружием, представляющим для него хоть какую-то опасность.
— Мы требуем, чтобы вы сражались за нас, — продолжало странное двоеротое существо. — Если вы изъявите готовность служить нам, с вами будут хорошо обращаться и вознаградят. Вы будете жить долго, так долго, что не можете этого и вообразить. Вы будете совершенно здоровы, ваши… — Три глаза уставились куда-то мимо сэра Джорджа, словно демонический шут подыскивал нужные слова. — Ваши самки и молодняк получат хороший уход, и компьютер будет вас к ним допускать.
— А если мы предпочтем не сражаться за вас? — напрямик спросил сэр Джордж.
— Тогда вас убедят изменить свое решение. Анализ показывает, что принудить вас к этому будет нетрудно. Вы дикари с примитивной варварской культурой, и простые грубые методы окажутся самыми эффективными. Возможно, мы начнем с того, что отберем пять-шесть особей из ваших самок и молодняка и уничтожим их.
Сэр Джордж окаменел. Не то чтобы он не ожидал подобной угрозы — будучи воином, он навидался всякого, — но то, как ее высказал этот писклявый голос — равнодушно, без интереса, без гнева, ярости или злорадства, — было по-настоящему страшно. Барон с трудом заставил себя не оглянуться на Матильду и Эдуарда.
— Если эти меры окажутся неэффективными, есть и другие, — продолжал демонический шут. — Если и они не дадут результата, мы можем прибегнуть к изменению личности, хотя, скорее всего, это окажется слишком затратным в смысле времени. Да и не нужно, по сути дела. Гораздо проще будет избавиться от вас и собрать другую группу бойцов. В конце концов, что одни варвары, что другие.
— Но у этих варваров есть оружие, приятель! — рявкнул кто-то из людей.
Сэр Джордж резко обернулся, заранее зная, кого увидит. Сэру Джону Денмору было не более двадцати, он был юн, горяч и весьма самонадеян. Сэр Джон выхватил меч. Клинок зловеще мерцал в неестественно ярком свете. Юноша бросился вперед и замахнулся для удара.
— Господь и святой Ге…
Закончить он не успел. Меч его был направлен на демонического шута, но тот даже не шевельнулся. Тварь стояла неподвижно, бесстрастно взирая на смельчака, и клич юного рыцаря оборвался, когда его меч наткнулся на незримый барьер, возникший между ним и чужаком. Меч вырвался из его руки, и он разинул рот, ошеломленно глядя на то, как клинок кувыркается в воздухе.
— Стоять! — крикнул сэр Джордж. — Меч в но…
Но было уже поздно. На сей раз демонический шут сделал легкое движение рукой, и сэр Джон, захрипев, застыл на месте. Его глаза вылезли из орбит, гнев на лице сменился ужасом, рот распахнулся в беззвучном крике. Юношу словно опутала невидимая паутина, и он застыл с полуобнаженным кинжалом, не завершив начатое движение, а демонический шут уставился на сэра Джорджа.
— Хорошо, что вы попытались остановить его, а не присоединились к нему, — сказал он барону. — Однако, я вижу, вы действительно столь примитивны, что не уразумеете своего положения без наглядного урока. Хорошо. Я дам вам его.
— Нет необходимости… — начал сэр Джордж.
— Если я говорю надо — значит, надо, — пропищал демонический шут и указал рукой на ближайшего драконочеловека. Ртутные глаза чужака встретились на миг с глазами сэра Джорджа, затем он достал из висящих на поясе ножен странный предмет. Протянул его двоеротому, и маленькая тварь повернула на нем какой-то рычажок.
— Вы ошибаетесь, если думаете, что у вас есть оружие, сэр Джон Винкастер. Ваши мечи и стрелы не страшны мне, как и любому члену моей команды. Наше оружие превосходит их во всех отношениях.
Он поднял странное устройство, небрежно направил его на сэра Джона, и сэр Джордж вскрикнул от ужаса. Крик вырвался из его груди непроизвольно, но ни тогда, ни потом барон не стыдился этого. Похожий на молнию луч света вырвался из диковинного устройства по воле демонического шута и ударил в грудь сэра Джона.
Его прикосновение несло смерть, и если бы оно просто убивало! Грудь юноши раскрылась, словно лепестки цветка, и из нее вылетели сердце и легкие. За ними полетели ошметки крови и клочья тканей, воздух наполнил смрад горелого мяса, и люди, видевшие самые страшные картины войны, попятились с криками ужаса. Но хуже всего было молчание мертвеца. Несмотря на то что при виде направленного на него адского оружия страх на лице юного рыцаря сменился мукой, он не издал ни звука. Он не мог даже вздрогнуть или закрыть распахнутый рот. Беспомощный, он стоял перед двоеротым, как ягненок перед мясником, а тот бесстрастно терзал его тело.
Даже после смерти сэр Джон не мог упасть. Труп его стоял прямо, лицо, перекошенное смертной мукой, застыло, кровь текла из вспоротой груди и собиралась в лужицу у его ног.
Если бы не очевидная неуязвимость твари, сэр Джордж бросился бы на него и, если бы иначе было нельзя, разорвал голыми руками. Но барон видел, что тварь неуязвима… а он нес ответственность за судьбу своих людей. Среди которых были его жена и сын. И потому он сделал то, что было куда тяжелее, чем кинуться в безнадежный бой.
Он заставил себя стоять спокойно, подавив ярость и бессильный гнев. Он придал лицу бесстрастное выражение, расцепил челюсти и даже заставил себя разжать кулаки.
Его неподвижность успокоила горстку отважных, готовых броситься в атаку людей. В наступившей тишине демонический шут долго, невыносимо долго смотрел на них, а затем, не сводя всех трех глаз с лица сэра Джорджа, отдал оружие драконочеловеку.
— Надеюсь, этот урок не прошел даром для вас и ваших воинов, сэр Джордж Винкастер, — пропищал он. — Вы можете говорить от лица этих людей и вести их в бой, но больше вы ими не командуете. Ими командую я. Если, конечно, никто не желает этого оспорить.
Тварь сделала жест рукой, и изуродованное тело, недавно принадлежавшее отчаянному юному рыцарю, рухнуло на пол, как освежеванная туша.
ГЛАВА 2
Когда вспоротое тело Денмора ударилось об пол, сэр Джордж едва сдержал себя. Он чувствовал гнев своих людей, такой же, какой кипел в его собственной душе, но гнев этот мгновенно остыл при виде мощи, явленной демоническим шутом. Барон понимал охвативший его людей ужас, поскольку сам испытал его… и боялся он не только за себя. Но он не мог позволить себе постоянно бояться за Эдуарда и Матильду, чтобы не утратить мужества, столь необходимого в эту решающую минуту. Поэтому, зажав свои чувства в кулак, он молча стоял и смотрел на двоеротого.
— Теперь, — пропищал тот так же бесстрастно, как и прежде, словно убить Денмора было для него не труднее, чем прихлопнуть муху, — мы можем продолжить вашу обработку. Советую крепко запомнить, что незаменимых среди вас нет.
Он постоял еще мгновение, рассматривая неподвижных людей своими тремя глазами, затем повернулся к ним спиной. Дверь, в которую он вошел, открылась столь же быстро и внезапно, как и прежде, и двоеротый вышел, не сказав больше ни слова. Сэр Джордж проводил его взглядом, изо всех сил стараясь держаться уверенно и твердо. Он сомневался, что его поведение хоть кого-то обманет, но его люди должны были понять, что им надлежит сохранять внешнее спокойствие, вне зависимости от того, какие чувства они испытывают. Мысль о том, что обстоятельства вынуждают его солдат стать лицедеями, вызвала на устах барона слабую улыбку, которая погасла, едва только он услышал знакомый голос:
— Следуйте за светоуказателями. — Это был тот же самый голос, который они первым услышали на воздушном корабле. Он звучал не столько в ушах, сколько в мозгах, и ничуть не походил на голос демонического шута. Он больше напоминал человеческий, поскольку даже самые высокие ноты не были писклявыми, хотя он тоже был бесстрастен… это был какой-то мертвый голос. — Мужчины следуют за красными огнями, женщины — за зелеными.
Сэр Джордж расправил плечи, и рука его снова поползла к рукояти меча. Он резко втянул воздух, но прежде, чем ему удалось заговорить, на его локоть легла чья-то рука.
Он повернул голову и увидел Матильду. Ее темно-синие глаза были полны того же страха, что сдавил его сердце — страха быть разлученными. Глядя в лицо жены, он испытал внезапный прилив стыда, явственно ощутив владевшую ею скорбь по погибшему отцу. Она потеряла больше, чем он, и все же держалась достойно и, несмотря на страх и скорбь, не выглядела сломленной горем. Она ничего не говорила, но ничего и не надо было говорить, и сэр Джордж еще раз глубоко вздохнул, собираясь с силами, дабы принять неизбежное.
Матильда была права — они должны смириться. Смрад горелой плоти и окровавленные ошметки внутренностей сэра Джона Денмора на полу красноречивее всяких слов говорили, во что может обойтись им всем сопротивление чужакам. Но как же тяжело было с этим смириться!
— Мужчины следуют за красными огнями. Женщины следуют за зелеными огнями, — повторял незримый голос. Он умолк на несколько мгновений, а затем снова зазвучал в головах людей. — Мужчины следуют за красными огнями. Женщины — за зелеными. Неподчинение приказам будет сурово караться.
В последних словах чувства было не больше, чем в предыдущих, но угроза заставила сэра Джорджа очнуться от охватившего его оцепенения. Он встряхнулся, погладил хрупкую руку, лежавшую на его локте, и повернулся к стоявшим за его спиной мужчинам и женщинам.
— Сдается мне, у нас нет выбора и нам придется подчиниться, — прямо сказал он. — Мне это нравится не больше, чем вам, но все мы видели, с какой легкостью эти твари убивают. Сейчас нам нечего им противопоставить, и потому мы должны повиноваться их приказам.
По толпе усталых, мокрых людей пробежал ропот, и барон понял, что они признают правоту его слов. Он помедлил еще несколько мгновений, затем последний раз пожал руку Матильды и поднес ее к губам. Поцеловав руку жены, он отпустил ее и провожал глазами, пока она, высоко подняв голову, шла в направлении, указанном зелеными огнями. Леди Маргарет Стэнхоп, жена сэра Брайана Стэнхопа, выступила из толпы и двинулась за Матильдой, за ней потянулись остальные женщины. Сэр Джордж провожал уходящую в глубину необъятного зала жену горящими глазами, обуреваемый смешанными чувствами. Он гордился своей женой, боялся за нее и испытывал невыразимый стыд из-за собственной неспособности ее защитить. Затем он повернулся к сыну, оставшемуся среди прочих мужчин, юношей и мальчиков.
— Эдуард, — спокойно сказал он, протягивая руку. Мальчик шагнул к нему, и сердце барона дрогнуло от гордости за сына. Лицо мальчика было бледным и напряженным, он избегал смотреть на изуродованное тело, истекавшее кровью на полу, но держал голову прямо. Он был достойным сыном своей отважной матери, и хотя рука его дрожала, когда он протянул ее отцу, это было единственным проявлением снедавшего мальчика страха.
Сэр Джордж крепко сжал руку сына, пытаясь передать ему этим рукопожатием, как он им гордится. Затем решительно направился к парящим в воздухе красным огням, уходящим направо, в направлении, противоположном тому, в котором двинулись женщины.
Мужчины последовали за ним. Сначала по одному, по два, затем группами. Толпу удрученных воинов сопровождали двое бородавочников, прыгающая походка которых как нельзя больше соответствовала их лягушачьему облику.
* * *
Следуя за красными огнями, люди шли по просторному помещению многие мили. Так, во всяком случае, показалось сэру Джорджу. Причина этого ощущения крылась в том, что прежде он не мог вообразить себе зала таких чудовищных размеров. Самые величественные соборы, которые ему доводилось видеть, были по сравнению с ним жалкими клетушками. Сэру Джорджу казалось, что не только самая большая церковь, но и деревня, да что деревня, даже небольшой город мог поместиться в этом исполинском, отделанном блестящим металлом зале. Опустевшие когги у них за спиной стали почти не видны, когда они наконец достигли переборки, сделанной из того же, что и пол, сплава.
Красные огни продолжали мигать, пока в переборке не открылась дверь. Огни поплыли в дверной проем, и сэр Джордж без колебаний двинулся следом. Коридор после гигантского зала выглядел узким и низким, хотя был по меньшей мере десяти футов в ширину и столько же в высоту. Сэр Джордж ободряюще улыбнулся Эдуарду, но оборачиваться и проверять, следуют ли за ним его люди, не стал.
Он слышал громкое эхо множества шагов по металлическому полу, когда они вышли из зала в коридор. Он слышал также невнятный гул голосов за своей спиной, но воины говорили между собой тихо, и до него долетали только отдельные слова или обрывки фраз.
Их путь по коридору оказался значительно короче, чем марш по необъятному залу. В торце его перед ними открылась еще одна дверь, и первые ряды стиснутой коридором колонны вступили в очередной зал. Он был куда меньше первого, и в нем было десять арок, над девятью из них мигали красные огоньки. Над десятой огонек горел ярким и ровным светом.
— Ступайте в проход, обозначенный постоянным огнем, — проговорил бестелесный голос.
Сэр Джордж с сыном двинулись к указанной арке. Большая часть солдат последовала за ними, но несколько человек устремились почему-то к дверям, видневшимся под другими арками. Сэр Джордж остановился.
Шедшие за ним воины тоже остановились. В образовавшуюся толпу вливались все новые и новые люди, выходившие из коридора.
— Вы слышали, нам велено идти в арку, над которой огонь не мигает! — сухо сказал Джордж.
— Я понял, милорд, — откликнулся Уолтер Скиннет, сержант конных латников сэра Джорджа. Он поднял руку и показал на третью слева арку от той, к которой направлялся барон. — Вот то, что нам нужно!
Сэр Джордж недоверчиво уставился на сержанта, затем еще раз обвел взглядом арки. Красный огонек горел ровно только над одной из них. Над указанными Скиннетом арками рубиновые огоньки явственно мигали — ошибиться мог только слепой, или…
— Я вижу немигающий огонек здесь, — сказал сэр Джордж, показывая на выбранную им арку.
— Я тоже, сэр, — отозвался один из лучников.
— И я, — добавил еще кто-то.
— А я — вон там. — Незнакомый барону моряк показал на третью дверь.
— Нет, — сказал кто-то испуганным голосом. — Он вон там!
Каждый показывал на свою арку, и ноздри сэра Джорджа затрепетали.
— Все хорошо, ребята! — Он заставил себя говорить твердо. — После того, что мы уже видели, не стоит расстраиваться из-за подобных мелочей!
Начавшийся было ропот стих, и сэр Джордж подумал, что такой вот пустяк мог запросто породить панику, настолько напряжены были уставшие, сбитые с толку всем происходящим люди.
— Не знаю, как это сделано, — продолжал он, — но местные парни явно устроили какую-то хитрость. Они заставляют каждого из нас видеть ровный свет над разными арками. Вероятно, они хотят разбить нас на мелкие группы, ну что ж, окажем им такую любезность. Главное — сохранять спокойствие. Не так ли?
Несколько человек одобрительно закивали головами, и он продолжил:
— Хорошо. Передайте по цепочке всем, кто идет следом, чтобы ребята не паниковали. И пусть каждый идет туда, где видит ровно горящий огонь. Не думаю, чтобы чужаки разлучили нас надолго, раз им нужна наша служба.
Он подождал, чтобы убедиться, что люди поняли его, и, еще раз улыбнувшись Эдуарду, шагнул в открывшуюся в глубине арки дверь.
Зал за ней был больше, чем предыдущий, но все же не сравним с тем, где стояли когги. За бароном и Эдуардом последовало много народу, оглянувшись, он прикинул, что здесь собралось несколько сотен воинов.
Стены этого зала, имевшего овальную форму, были облицованы все тем же похожим на бронзу металлом. Потолок был чуть ниже, чем в первом зале, но все равно так высоко, что рассмотреть его толком было невозможно. По крайней мере, он виделся как-то нечетко. Подняв взгляд, сэр Джордж смог различить только смутные очертания, залитые тусклым, рассеянным светом. Невольно он задумался над тем, зачем кому-то понадобилось создавать столь огромные помещения, но тут знакомый, звучащий прямо в голове голос произнес:
— Вы должны снять всю одежду и сложить ее в хранилище. — И тотчас в переборке открылось множество узких дверей.
Сэр Джордж подошел к образовавшемуся проему и обнаружил нечто вроде шкафа с несколькими полками.
— Вы должны снять всю одежду и оставить ее в хранилище, — повторил голос с тем же нечеловеческим спокойствием, заставившим сэра Джорджа поморщиться. Ему претило выполнять команды бестелесного голоса, но, как и прочие, он не видел иного выхода, кроме как повиноваться.
— Помоги мне снять доспехи, Эдуард, — спокойно сказал он.
* * *
«Хранилище» закрылось, как только он положил туда последний предмет одежды. Сэр Джордж почти не удивился этому, но ему было досадно, что вместе с одеждой исчезли его доспехи и оружие. Он огляделся по сторонам и увидел, что все его люди успели раздеться. Без одежды все они чувствовали себя неуютно, но, как ни жалел сэр Джордж об исчезновении меча, глядя на них, он вынужден был признаться себе, что впервые после расправы двоеротого над сэром Джоном может расслабиться. Демонический шут сполна показал свою мощь и бесполезность попыток напасть на него, однако пока у людей есть оружие, всегда остается соблазн его использовать. Сэр Джордж чувствовал себя скверно без меча и шпор — знаков его рыцарского достоинства, — и утешало воина только то, что теперь никто из его людей не погибнет, как юный Денмор. По крайней мере, не погибнет при попытке пустить в ход оружие.
— Теперь вы пройдете очищение, — не слишком понятно сказал все тот же голос, и кто-то взвизгнул, когда зал вдруг начал заполнять густой пар. Поднимаясь от пола, он быстро достиг уровня колен, потом бедер, и сэр Джордж почувствовал, как Эдуард снова вцепился в его руку, видя, что пар поднимается все выше и выше.
Барон ответил сыну рукопожатием и ободряюще улыбнулся, с изумлением отметив, что тревога за Эдуарда и забота о нем помогают ему справиться с собственными страхами.
Размышляя над этим, он снова опустил взгляд — пар поднялся уже до пояса. Он был теплым, ласково-успокаивающим, и внезапно барон почувствовал, как расслабляется, погружая в него измученное тело. Никогда еще он не испытывал ничего похожего. Это напоминало погружение в горячую ванну, но пар легонько пощипывал тело, словно незримые пальчики массировали его кожу и мышцы, доставляя невыразимое удовольствие.
Пар достиг его груди. Он огляделся и прочитал на лицах воинов те же чувства довольства и успокоенности. Затем пар скрыл его с головой, и он глубоко вздохнул, вбирая в легкие странную, ни с чем не сравнимую свежесть.
Впоследствии он так и не смог вспомнить, сколько времени они провели в ласково щекочущем паре. Вряд ли это было так долго, как ему казалось, но он был уверен, что прошло несколько десятков минут, прежде чем пар исчез столь же быстро и беззвучно, как появился. Он чувствовал себя так, словно очнулся от глубокого сна, и, взглянув на свое тело, увидел, что ссадины и синий рубец от удара спасательного линя, полученного им на борту сражавшегося со штормом когга, исчезли.
Усталость и опустошенность тоже покинули его. Он чувствовал себя свежим, бодрым и полным энергии. Все, кто был в зале, в облегчении расправляли плечи — его люди испытывали те же чувства, что и их командир.
— Вот вам, парни, и первая приятность! — хохотнул барон. — Я не собираюсь целовать в задницу здешнего властителя, но все оказалось лучше, чем можно было ожидать!
Кое-кто одобрительно буркнул, что так-то и жить можно, кто-то рассмеялся, кто-то истерически хихикнул, радуясь тому, что все еще цел и невредим. Барон с хрустом потянулся, глубоко вздохнул, радуясь, что боль от рубца его больше не беспокоит, и произнес:
— После трепки, которую нам задал шторм, я был бы не против недельку отдохнуть. Но для начала мы неплохо освежились.
— Именно так, сэр! — поддакнул ему один из ратников, и сэр Джордж звонко хлопнул его по спине.
— Это вселяет надежду, что впереди нас ждут не только неприятности, — нарочито бодрым голосом возвестил барон, предпочитая не замечать сомнения, появившегося на некоторых лицах после его слов. — Я полагаю…
— Следуйте за красными огнями из помещения, — перебил его бесстрастный голос, и сэр Джордж скорчил насмешливую гримасу.
— Какой заботливый голосок у нашего невидимого хозяина! — иронично заметил он, и раздавшиеся в зале смешки показались ему вполне искренними.
— Следуйте за красными огнями из помещения, — повторил безучастный голос.
Сэр Джордж пожал плечами и, положив руку на плечо сына, двинулся к неожиданно появившемуся в переборке проему.
* * *
— Как вы сами изволили сказать, перед тем как нас окунули в пар, милорд, я не вижу иного выхода. Мы вынуждены принять требования этого… существа, — веско заявил отец Тимоти. — По крайней мере сейчас.
— Мне не нравится это, — сэр Ричард Мэйнтон говорил так, словно хлебнул прокисшего вина, — но, боюсь, придется смириться.
— Я тоже так думаю.
Сэр Джордж старался выглядеть спокойным и рассудительным, хотя сомневался, что сможет хоть кого-то обмануть. Или все же сможет? В конце концов, большинство людей в этом помещении, несомненно, желали быть обманутыми.
Барон откинулся на спинку неудобного кресла, которое бестелесный голос — Компьютер, если он верно запомнил чужое имя, — создал по приказу демонического шута. Никто из людей не имел ни малейшего понятия о том, откуда брались кресла и прочие необходимые им предметы. Они просто появлялись из металлического пола, когда в них возникала нужда, словно вырастали из него, и, казалось, были отлиты из того же сплава, что и весь корабль. Но как можно заставить сталь или бронзу «расти» или сделать ее мягкой и податливой под весом их тел — было совершенно непонятно.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
научные статьи:   этнические потенициалы русских, американцев, украинцев и др. народов мира    циклы и пути национализма, патриотизма и сепаратизма    реальная дружба - это взаимопомощь    чему должна учить школа    принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам   

А - П

П - Я