ДЕЛОВОЙ - главная     Авторам и читателям    научная книга "Деньги"    Контакты
научные статьи:   анализ конфликтов на Украине и в Сирии по теории гражданских войн    демократия и принципы Конституции в условиях перемен    три суперцивилизации    государственные идеологии России, Украины, ЕС и США    три глобализации: по-английски, по-американски и по-китайски   
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Штенцель Альфред

История войн на море с древнейших времен до конца XIX века


 

Тут выложен учебник История войн на море с древнейших времен до конца XIX века , который написал Штенцель Альфред.

Данная книга История войн на море с древнейших времен до конца XIX века учебником (справочником).

Книгу-учебник История войн на море с древнейших времен до конца XIX века - Штенцель Альфред можно читать онлайн или скачать бесплатно тут, на этой странице, без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой История войн на море с древнейших времен до конца XIX века: 1.04 MB

скачать бесплатно книгу: История войн на море с древнейших времен до конца XIX века - Штенцель Альфред




Альфред Штенцель
История войн на море
с древнейших времен до конца XIX века
По порядку о разных несообразностях, связанных с этой книгой.
1) Судя по послесловию к третьей части, у Штенцеля имелось описание наполеоновских войн. Здесь же полностью отсутствуют описания событий между 1793 и 1853 гг.
2) Редакция, переиздававшая книгу в 2002 г., придерживается довольно оригинальных взглядов. Главы, относящиеся к древней истории, были исправлены и дополнены в соответствии с исследованиями XX века. Эти дополнения никак не выделены в тексте.
3) На сайте Enoth Design книга была размещена с оглавлением издания 1918 г. Здесь же оглавление исправлено в соответствии с бумажным изданием 2002 г. В оглавлении указаны номера страниц. Отдельные несовпадения текста все же могут присутствовать.
Андрей Мятишкин
Том I
К читателю
Выпуская данную книгу в серии «Военно-морская библиотека», мы попытались заполнить многие пробелы в ряду русскоязычных издании, посвященных истории воин на море. Насколько эта задача была реализована, судить Вам. Однако, прежде чем обратиться к изложению фактического материала, следует оговорить ряд моментов, связанных с осуществлением этого проекта.
За основу издания был взят пятитомный труд германского адмирала Альфреда Штенцеля «История войн на море в ее важнейших проявлениях с точки зрения морской тактики», вышедший в Петрограде (1916-1919 гг.) в приложении к журналу «Морской сборник» и являющийся работой весьма основательной и наиболее полной, но обладающий рядом специфических черт.
Во-первых, А. Штенцель как, пожалуй, и любой немецкий автор начала XX в. является ярко выраженным германоцентристом. Поэтому редакция взяла на себя смелость сократить некоторые главы, посвященные частным вопросам (например, о попытках создания регулярного флота в Бранденбурге в XVII в.).
Во-вторых, попытка сделать книгу более компактной вынудила нас дать другую структуру труда А.Штенцеля и исключить устаревшую на сегодняшний день вводную теоретическую главу.
В-третьих, русский перевод был выполнен разными переводчиками и, к сожалению, разной квалификации. Поэтому редакция вынуждена была переработать данный текст и привести его к современным языковым нормам. Одновременно в той части, где автор касается проблем древнего и средневекового судостроения, потребовалась некоторая переработка текста. Комментировать устаревшие сведения было не оправдано, поэтому не следует удивляться «осведомленности» автора начала XX в. о новейших археологических находках (например, пунической галеры, обнаруженной в 1972 г.).
В заключении следует отметить один важный факт из биографии А. Штенцеля, делающий его книгу интересной с научной точки зрения. Будучи молодым лейтенантом, он в 1860-х гг. служил на Средиземном море и находился при штабе итальянского флота в качестве наблюдателя от Пруссии. Соответственно, его описание битвы при Лиссе (1866 г.) является свидетельством очевидца. К тому же молодой офицер занимался по заданию прусского генерального штаба картографией и лично посетил все места средиземноморских сражений. Его описание битв эпохи античности отличаются скрупулезными и точными характеристиками театров военных действий. Достоинство, коим не блещут современные авторы.
Часть первая. Период господства гребных флотов
Глава I. История мореплавания и морской торговли в древности
Леопольд фон Ранке, крупнейший немецкий историк XIX столетия, в своем последнем крупном сочинении, всеобщей истории, в котором проявилась конечная мудрость его продолжительной жизни, посвященной изучению истории, выразился так: «Единственное, пожалуй, назначение человечества заключалось в том, чтобы путем мореплавания и войн между соседними государствами достичь развития».
«Мореплавание и войны», по его мнению, были двумя факторами, содействовавшими развитию человечества, то есть повлиявшими на весь ход истории. Говоря о «войнах между соседними государствами» он подразумевает, вероятно, главным образом, «соседей на суше», хотя и «соседи на море», даже в очень отдаленные времена, вели между собою крупные войны. С развитием мореплавания вода, и, в частности, море, перестали быть разъединяющим элементом и превратились в связующий, как в мирном, так и в военном отношениях.
Если Ранке и сказал: «единственное, пожалуй, назначение», то эту фразу не следует понимать как выражение сожаления о том, что назначение человечества не было иным. Здесь речь идет не о случайном явлении, о котором можно было бы сожалеть, но о законе человеческого развития, неизменном и последовательном, чуждом случайных влияний. Мореплавание и войны были прямыми путями, назначенными Проведением для развития человечества. В настоящее время эти оба пути слились в один в военном флоте.
Военные флоты не раз решали судьбу народов и тем самым оказывали решительное влияние на ход мировой истории. Несмотря на сравнительно небольшое число военных действий на море, морские войны имели большее значение, чем войны на суше; ни одна сухопутная битва по своему историческому значению не может сравниться с битвой при Акциуме или с Трафальгарским сражением. Первая из них обеспечила победителям владычество над всем древнем миром более чем на пять веков, а второе – господство на море, или, вернее, на всех морях в течение уже целого столетия.
Несмотря на это, историки всех времен уделяли свое внимание преимущественно сухопутным войнам и армии; последними не только больше интересовались, но и понимали их гораздо лучше, чем морское дело и морские войны.
Непостоянное море, на котором разыгрывались морские войны, для большинства людей незнакомо и не кажется привлекательным; морская же служба не располагает к научной и литературной деятельности, поэтому моряк редко прибегает к перу, хотя бы даже и владеет им отлично. Ни один из выдающихся флотоводцев не оставил нам описания своих походов, подобного сделанному Цезарем или, в более близкое нам время, Фридрихом Великим. Поэтому сведения о морских войнах, дошедшие до нас, к сожалению, неполны, недостаточны и часто противоречивы; по этой причине нередко, несмотря на все усилия, не удается составить правильное представление о происходившем.
Само собой разумеется, что морские войны могли начаться тогда, когда развилось мореплавание, и поэтому будет вполне уместным обратить взгляд на историю судоходства и на народы, наиболее способствовавшие его развитию.
Зачатки судоходства относятся к тем временам, о которых у нас не имеется никаких сведений. Первым средством для передвижения по воде, вероятно, был плот, связанный из снопов камыша или же из древесных стволов, служивший для передвижения по течению или же приводимый в движение шестами; он снабжался грубым брусом, игравшим роль руля, и небольшим шалашом самого примитивного типа. Подобного рода плоты встречаются и доныне на Висле и Одере. Следующей ступенью является челнок – выдолбленный ствол дерева, используемый и теперь в южных морях и еще несколько десятков лет тому назад применявшийся для сообщения между Килем и Эллербеком в виде «однодеревок» (Einbaum), приводившихся в движение при помощи весел или же примитивного паруса. Это уже были суда, для изготовления которых требовалось применение известных инструментов, что указывает на некоторый прогресс. Еще большим прогрессом являются лодки, сколоченные из отдельных досок и снабженные веслами и парусами; такие суда могли появиться лишь при значительном развитии различных ремесел и умении обрабатывать металлы.
Толчок первым попыткам мореплавания, вероятно, дало рыболовство, за которым последовал обмен товаров, то есть морская торговля; наряду с этим на просторе никому не принадлежащего моря, где и в нашем столетии сила часто является законом, еще в ранние времена развилось пиратство. По понятиям древних, у которых еще не было представления о международном праве, всякий чужестранец считался врагом, которого можно было убить безнаказанно; морской разбой не считался ни преступным, ни позорным и производился совершенно открыто. Все мореходные народы разбойничали на море, охотились на людей и занимались работорговлей. Типичными примерами является похищение Елены и продажа в рабство Евмея (Одиссея, XV, 402-483).
В смысле расположения и годности к мореплаванию отдельные народы резко отличались друг от друга. Некоторые обладали природными способностями к далеким плаваниям, другие же, наоборот, не питали ни малейшей охоты и расположения к этому, что доходило у них даже до ужаса перед морем. К первым надо отнести финикийцев, большую часть греческих племен и этрусков, к последним же – египтян, индусов, персов и римлян.
Финикийцы еще в очень отдаленные времена выделялись среди других народностей развитием своего мореходства, но прямых доказательств этого, ни письменных, ни вещественных, сами они почти не оставили.
Древний Египет
Самые ранние сведения дошли до нас через посредство египтян, и то не в виде письменных свидетельств, оставленных древними писателями, а лишь благодаря производящимся с середины XIX в. раскопкам памятников и связанному с ним чтению иероглифов.
Море с соленой водой, по суеверным египетским воззрениям, воспрещавшим употреблять в пищу морских рыб и морскую соль, представлялось царством злого духа (Тифона) и внушало ужас, поэтому до воцарения более свободомыслящего фараона Псамметиха (664-611 гг. до н. э.) египетская морская торговля была лишь пассивной. С другой стороны, Нил со своими рукавами, служивший естественным путем сообщения, не мало способствовал тому, что в Египте, старейшей по культуре стране, очень рано и в широких размерах развилось речное судоходство. На мелководных речных протоках с незапамятных времен использовались легкие плоты с приподнятыми оконечностями, составленые, за недостатком леса, из связок папируса. Они приводились в движение шестами и служили для перевозки людей и животных, даже быков, и для доставки товаров на рынки. Одно из изображений такого плота относится к царствованию VI династии (середина III тыс. до н. э.).
В то же время, нельзя преувеличивает страх египтян перед морем и недооценивать их достижения в области судостроения и мореплаванния. Первые деревянные суда появились в Египте на рубеже IV-III тыс. до н. э. Египтяне уже имели несколько довольно совершенных в техническом отношении типов судов, как, например, служившие для перевозки людей плоскодонные суда, длиною в 10-16 метров, ходившие под веслами и под парусом. За неимением достаточно прочных рангоутных деревьев, вместо мачты служили двуногие козлы с горизонтальным коротким реем, на котором крепился узкий высокий парус. Помимо паруса, для движения служили также ланцетовидные весла, числом от 8 до 26 с каждого борта; для управления судном использовались от 2 до 5 весел с каждой стороны в корме. На судах, предназначавшихся для дальних переходов, имелись сплетенные из тростника каюты. Численность команды доходила до 70 человек. Крупнейшие из этих судов имеют сходство с судами правителя Уганды Мтеса на озере Виктория, описанными Стенли в его книге «Через Черный материк», выпущенной в 1878 году, то есть более чем на 4600 лет позднее.
Помимо того, у египтян имелись большие понтоны, грузоподъемностью до 200 тонн, служившие для перевозки тяжелых грузов, каковыми, например, были каменные глыбы, применявшиеся для гигантских египетских построек.
По конструкции египецкие корабли во многом напоминали более ранние нильские тростниковые суда или плоты. Единственным пригодным для кораблестроения деревом в Египте была акация, дерево твердое и волокнистое, из которого нельзя получить длинных досок. Короткие отрезки дерева скреплялись между собой посредством врезок и шпунтов (Геродот поэтому сравнивал обшивку египетских судов с кирпичной кладкой), корпус для большей прочности обтягивался тросами. Борта завершались планширом, на уровне планшира крепились бимсы. Эти бимсы и стрингер, проходивший от носа к корме непосредственно под ними, придавали корпусу дополнительную прочность. Шпангоуты отсутствовали. Натянутый трос между высоко поднятыми носом и кормой помогал удерживать их в таком положении. Киль как таковой отсутствовал – его заменяла продольная килевая планка, а двойная мачта, стоявшая ближе к носу, опиралась на борта, как у тростниковых судов, дно которых не могло дать надежной для нее опоры. Древнейшие египетские деревянные суда были найдены недавно в Абидосе, в погребениях начала первой династии – время царей Аха (Менеса) или Джера, около 3000 г. до н. э. В отличие от судов эпохи IV династии из Гизы, они были захоронены в собранном виде. В длину они достигали 20-30 метров, доски обшивки, как и предполагалось, скреплялись тросами, щели между ними законопачивались волокнами папируса.
С начала III тысячелетия Египет стал импортировать отличный строевой лес из Сирии и Малой Азии (знаменитые ливанские кедры), однако основные элементы конструкции египетских судов менялись медленно. В это время строились мореходные суда длиной до 50 м, расчитанные на 40 и более гребцов. О них мы можем судить по сделанной в 1954 г. в Гизе находке 43-метрового судна царя Хеопса, которое было помещено в специальную подземную камеру в разобранном состоянии. Материалом для него послужили ливанский кедр, граб, сикомор и акация. Первоначально египтяне пользовались короткими, как на каноэ, веслами без уключин. Простейшие уключины – веревочные петли, пропущенные через отверстия в планшире, появились около 2400 г. до н. э. Гребцу приходилось вставать, чтобы погрузить весло в воду; совершая гребок, он опускался обратно на скамью. В это же время стали крепить к корме и рулевое весло, что облегчало управление судном.
Двойная, опиравшаяся на борта мачта и обыкновенная мачта однодревка просуществовали вместе до конца VI династии (около 2200 г. до н. э.), после чего двойная мачта окончательно вышла из употребления. На рельефе из гробницы Ахиби в Саккаре показано, как команда опускает такую двойную мачту.
До конца III тысячелетия использовались очень высокие (по отношению к корпусу) мачты, несшие один высокий и узкий парус (на Ниле, с его высокими берегами, это позволяло более эффективно ловить попутный ветер). Когда парус не использовался, мачта вынималась из степса и укладывалась вдоль палубы.
Мачту удерживали многочисленные ванты и бакштаги. Форштаги появились около 2400 г. до н. э. Мачта, первоначально ставившаяся ближе к носу, постепенно смещалась к корме. Около 1500 г. до н. э. ее помещали ровно посередине судна, что позволяло ему ходить не только прямо по ветру. Парус крепился верхней шкаториной к рее, а нижней – к утлегарю (в древности утлегарь использовали одни лишь египтяне). Утлегарь имел собственный стоячий такелаж, так как сделанный из папируса парус не был достаточно прочным, чтобы его удерживать. Утлегарь был закреплен неподвижно, а парус поднимался и опускался вместе с реей. Египтяне не использовали блоки, поэтому для управления парусом требовалось много рук. Около 2000 г. на смену высокому парусу пришел парус прямо противоположной формы – низкий и очень широкий.
Морские суда строились по той же схеме, что и речные, с той лишь разницей, что для укрепления слишком легкого корпуса использовался толстый трос, протянутый между носом и кормой, с накинутой на корму петлей. Команда натягивала его, закручивая при помощи ваги. Тонкий канат опоясывал корпус на уровне палубы, не давая обшивке расходиться под давлением палубных бимсов. Самые ранние морские суда можно видеть на рельефе из Абусира, выполненном около 2450 г., изображающем возвращение какой-то военной экспедиции.
Египетские тексты дают некоторые сведения об использовании флота в военных целях. В надписи вельможы Уны из Абидоса, конца XXV в. до н. э., содержится описание похода на восток против бедуинов и, в частности, десантной операции на юге Палестины, где проходила египетская граница. Это, очевидно, самое древнее описание совместных действий флота и сухопутных сил: «Его величество посылал меня пятикратно водить войско и усмирять страну жителей песков каждый раз, как они восставали, – с помощью этих отрядов я действовал так, что его величество хвалил меня. Доложили, что бунтари среди этих чужеземцев на Газельем Носу. Я переправился на судах с этими отрядами и пристал у высоких отрогов горы севернее страны жителей песков, причем половина войска шла сухопутной дорогой. Я пришел и захватил их всех. Были перебиты среди них все бунтари». (Иероглифическая надпись из Абидоса в Верхнем Египте, сановника Уны – современника царей VI династии Тети II, Пиопи I, Меренра I – середина XXV – начало XXIV вв. до н. э., Каирский музей. Перевод и комментарии Ю. Я. Перепелкина).
Имеются также сведения о первых дальних плаваньях древних египтян. По найденным при раскопках в долине Хаммамат иероглифическим надписям можно заключить, что египетские суда еще в 2300 г. до н. э. из гавани Левкос Лимен (ныне Козейр), где кончалась дорога, ведущя к Красному морю из Коптоса на верхнем Ниле – плавали в сказочную страну Пунт. Более точные сведения о морском деле в древности дают нам надписи и изображения в фиванском храме Дейр эль-Бахри, посвященные экспедиции, посланной в Пунт через Красное море царицей Хатшепсут (1479-1458) около 1470 г. до н. э.
Эти корабли, сходные с вышеописанными крупными нильскими судами, существовавшими за 1000 лет до того времени, указывают уже на значительные успехи. Корпуса изображенных на них кораблей Хатшепсут имеют более изящные, чем у судов Древнего царства, очертания, они имеют кормовую и носовую палубы с фальшбортом; форштевень прямой, ахтерштевень плавно изогнут и завершается бутоном лотоса. Концы палубных бимсов пропущены сквозь обшивку, что придавало конструкции большую прочность. Отпала необходимость опоясывать корпус судна тросом. Парус, как и на речных судах того времени, широкий и низкий. Он крепился на длинной рее из двух связанных между собой деревьев. Мачта более низкая, чем на более ранних судах, количество штагов сократилось. Никаких приспособлений для рифления парусов не видно, возможно, что при сильном ветре большой парус спускался и заменялся меньшим. Каждое судно имело по 30 гребцов – можно предположить, что эти корабли достигали не менее 30 м в длину. После 1400 г. до н. э. в египетском судостроении происходят большие изменения. В дальнейшем оно развивалось уже в рамках общей средиземноморской традиции, где тон задавали сперва Крит, а затем финикийцы и греки.
Эта морская экспедиция, снаряженная царицей Хатшепсут, является первым походом, о котором до нас дошли достоверные и обстоятельные сведения. Поэтому царице Хатшепсут по справедливости принадлежит первое место в морских анналах. Груз, привозимый из страны Пунт, состоял из золота, серебра, слоновой кости, черного и других ценных пород дерева, живых благоухающих растений в кадках, благовонной смолы, леопардовых шкур, женщин, детей и павианов двух пород. До сих пор, однако, надо считать невыясненным, был ли совершен этот поход египтянами, которые, хотя и обладали значительным внутренним речным флотом, но под религиозным внушением жрецов питали нерасположение и страх к морю, или же финикийцами, находившимися издавна в частых сношениях с Египтом. За финикийцев говорит то обстоятельство, что среди фресок недавно открытой в Фивах гробницы, относящейся приблизительно к той же эпохе (XVIII династии), имеются изображения подобных же кораблей, но с финикийской командой. Возможно, что это были наемники, подобные финикийцам-наемникам тирского царя Хирама, совершившим спустя 600 лет поход на кораблях Соломона в страну Офир и вернувшимся оттуда с подобной же добычей. Когда, целое тысячелетие спустя, около 600 г. до н. э., царь Нехо отправил флотилию для обхода кругом Африки, то команда вся была составлена из тех же финикийцев, а не египтян (Геродот, IV, 42), которые, казалось бы, могли к этому времени отрешиться от суеверного страха перед морем под воздействием греческого влияния, проникшего в Египет при царе Псамметихе.
При своем нерасположении к морю, египтяне предоставили свою торговлю финикийцам. На Ниле же цари издавна содержали военные суда, и еще в очень отдаленные времена египетский военный флот имел определенную организацию. Около 1600 г. до н. э. флот этот выступил активно для вытеснения гиксосов (союза хурритских и семитских племен), поработивших страну и обосновавшихся в дельте Нила. События эти отраженны в надписи на стеле царя Камоса (начало XVI в. до н. э.). Судя по этому источнику, флот использовался для рекогносцировки, для переброски и высадки войск. В надписи упомянуты названия нескольких кораблей. Сохранилась также надпись на стенах гробницы начальника гребцов Яхмоса, жившего при первых трех царях XVIII династии (начало – середина XVI в. до н. э.). Яхмос участвовал в нескольких кампаниях против гиксосов и кушитов, подавлял восстания на юге Египта. Перечислены названия нескольких судов, на которых он служил. Из надписи следует, что он неоднократно сражался на Ниле против вражеских флотов (упомянуты захваченные им в плен гребцы противника). Яхмос особо оговаривает те случаи, когда он сражался на суше – очевидно, основная его служба была связана с нильским флотом.
Рельеф Рамзеса III, около 1190 г. до н. э., из храма в Мединет Абу, изображает битву между египетским флотом и кораблями «народов моря» (филистимлян Библии). Сражение происходило где-то неподалеку от суши (в правом нижнем углу египетский воин добивает или берет в плен выбравшегося на сушу противника с затонувшего корабля), но определено сказать, где – в одном из рукавов Нила или у побережья Ханаана – невозможно. Египетские суда этого времени значительно отличаются от тех, что представлены на рельефах Хатшепсут. Это боевые корабли. Нос украшен головой льва, ахтерштевень прямой, а не изогнутый. Гребцы укрыты от вражеских стрел высоким фальшбортом. Палуб эти суда, очевидно, не имели. Натянутый между носом и кормой трос отсутствует – прочность корпуса, как и у сирийских кораблей с фрески 1400 г. до н. э., достигается за счет внутренней конструкции. Изменился и рангоут – исчез утлегарь, сократилось число штагов и топенантов рея. Реи уже не прямые, а слегка изогнутые. Мачта завершается смотровой площадкой. Появились гитовы – в том виде, в котором они затем существуют на протяжении всей античной эпохи. Это важное изобретение, позволяющее быстро подтягивать парус к рее, возможно, было сделано гораздо раньше, но здесь оно представлено впервые. Примечательно, что рангоут и такелаж египетских судов практически не отличается от вражеских. Корабли «народов моря» – эгейского типа, с прямыми угловатыми носом и кормой, нос украшен утиной головой.
Показано, вероятнее всего, внезапное нападение египтян на стоящий на якоре вражеский флот. Паруса вражеских кораблей убраны, гребцов с веслами не видно. Со стороны египтян действуют почти исключительно лучники. Воины народов моря, с круглыми щитами, в шлемах, увенчанных рогами или гребнем из перьев, размахивают мечами и копьями, но никакого метательного оружия не применяют. Два египетских корабля сблизились с противником. Стоящий на носу египетский воин поражает копьем противника на корме вражеского судна. Египтянин на носу другого корабля готовится пустить в ход булаву.
Эта морская битва мало чем отличалась от сражения на суше. Морская тактика, если вообще существовало такое понятие, могла сводиться только к внезапной атаке или к попытке рассеять строй противника и уничтожить его суда поодиночке. Единственным специфическим морским оружием того времени был абордажный крюк. Таран еще не был изобретен, и морские сражения сводились к абордажным схваткам.
Всего на рельефе показаны девять кораблей (4 египетских и 5 вражеских), так что о реальном соотношении сил в этом сражении, и, тем более, о численности египетского военного флота, говорить трудно. Из документов XV-XIV вв. до н. э., найденных в Угарите (городище Рас-Шамра в Сирии), известно, что этот сравнительно небольшой, хотя и богатый, город-государство мог выставить до 150 боевых судов (нет данных, впрочем, ни об их размерах, ни о численности команд). Египет, даже в период относительного упадка, вероятно, мог позволить себе гораздо больше.
Тот тип морского судна, который преобладал в Эгейском мире в середине II тыс. до н. э., по-видимому был заимствован кораблестроителями Леванта и Египта около 1400 г.. Фреска из гробницы Кенамуна в Фивах представляет торговые суда, пришедшие в Египет, судя по их экипажу (ченобородые моряки с крючковатыми носами), из Сирии. Они во многом напоминают корабли Хатшепсут (выступающие далеко над водой нос и корма, прямые фор– и ахтерштевни, пропущенные сквозь обшивку бимсы). Удерживающий корму и нос продольный трос отсутствует – прочность корпуса достигается, очевидно, за счет внутренней конструкции (шпангоуты, стрингеры). По росписи невозможно судить о размерах этих судов, однако обнаруженные в Рас-Шамре (Угарите) документы примерно того же времени свидетельствуют о том, что строились и довольно большие суда – на один такой корабль могло быть погружено до 450 тонн зерна.
Энергичные правители Египта, например Сети I (1290-1279) и Рамзес II (1279-1212), а также Нехо (609-594 гг. до н. э.), выстроили при помощи финикийцев, доставлявших необходимый лес, флоты на Красном и Средиземном морях. Об одном из преемников последнего царя, именно об Априи (588-569 гг. до н. э.) говорится, что он вел морские войны с жителями Тира, добился господства на море и обложил данью города на Кипре. Особенного значения в истории военных флотов египетский флот не имел, так как он не защищал ни торгового флота, ни морской торговли.
Египтяне с древнейших времен умели строить каналы, дамбы, возможно даже шлюзы на судоходных каналах. В «Поучении царя своему сыну Мерикара» (последний жил в XXII в. до н. э.) уже идет речь о каких-то крупных гидротехнических сооружениях (каналах или дамбах) в Дельте, которые служили препятствием для азиатов (сам текст «Поучения» был составлен, вероятно, в эпоху Среднего царства).
Аристотель (Метеорология 1.15) писал, что первым, кто проложил канал через Истм (Суэцкий перешеек) был «Сезостирис». Плиний Старший (6.33.165) также упоминает Сезостириса, как первого строителя канала между морями, а Страбон (XVII. 1. 25; и I. 2. 31) сообщает, что этот канал был построен им «еще до Троянской войны». Таким образом, античные авторы относили начало строительства канала к эпохе XII династии, к правлению одного из Сенусертов (Флиндерс Питри, правда, считал, что античные сведения о «Сезостирисе» на самом деле относятся к Рамзесу II, т.е. ко времени XVIII династии).
Знаменитые рельефы Хатшепсут в Дейр эль-Бахри также связаны с вопросом о канале. Вопрос же сводится к следующему: была ли, при отправке товаров в Пунт по Красному морю, необходимость сперва везти их по суше через Восточную Пустыню и уже только на берегу моря перегружать на суда? Ведь на рельефах те же самые корабли, которые изображены плывущими по Красному морю, затем показаны стоящими на Ниле рядом с Фивами. По этому поводу высказывались два противоположных мнения. Согласно одному из них (Брестед, Эрман), какой-то водный путь все же связывал восточный рукав Дельты с Красным морем уже при Хатшепсут. Другие же (Познер, Гарднер) считали, что никакого канала до эпохи Нехо (около 600 г. до н. э.) не было, а морские суда у причала в Фивах – плод воображения художника, символическое изображение успешно завершенной экспедиции. Тот факт, что ни на рельефах, ни в надписях в Дейр эль-Бахри нет ясных указаний на перевозку товаров по суше до Красного моря, они объясняли небрежностью художника, пробелами и сокращениями в описании маршрута экспедиции. В надписи, правда, несколько раз говорится, что экспедиция продвигалась «по воде и по суше», но ведь по суше мог проходить и конечный отрезок маршрута. Известно, что более ранние экспедиции в Пунт достигали этой полулегендарной страны сухим путем. Походы в Пунт предпринимались еще в самом начале III тысячеления до н. э., а около 2600 г. до н. э. египтяне уже вывозили оттуда золото. Впрочем, какую страну, или страны, египтяне Древнего царства называли Пунтом – «Страной Богов» – точно не известно. В разное время они могли называть так любые места на побережье Аравии или Восточной Африки.

Штенцель Альфред - История войн на море с древнейших времен до конца XIX века -> вторая страница книги


Нам хотелось бы, чтобы деловая книга История войн на море с древнейших времен до конца XIX века автора Штенцель Альфред понравилась бы вам!
Если так окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу История войн на море с древнейших времен до конца XIX века своим друзьям, установив у себя гиперссылку на эту страницу с произведением: Штенцель Альфред - История войн на море с древнейших времен до конца XIX века.
Ключевые слова страницы: История войн на море с древнейших времен до конца XIX века; Штенцель Альфред, скачать, бесплатно, читать, книга, онлайн, ДЕЛОВОЙ
научные статьи:   этнические потенициалы русских, американцев, украинцев и др. народов мира    циклы и пути национализма, патриотизма и сепаратизма    реальная дружба - это взаимопомощь    чему должна учить школа    принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам   

А - П

П - Я